Продолжаю читать Платона. На середине диалога «Горгий» не выдержал и заказал на Авито собрание сочинений 90-х годов. То самое, цифровую версию которого я читаю. Криво оцифрованную, плохо (если вообще) вычитанную.

Но покупать за лютую цену бумагу меня заставило не качество файла. Видит Бог, я за свою жизнь и не такой трэш читал. (К примеру, читал «Артемиса Фаула», где на всём протяжении был почему-то выкромсан какой-то слог. Не помню, какой. Допустим, «на». И фраза «а на следующий день погода была ненастная» превращалась в «а следующий день погода была нестная». И ничего, приноровился, три книги залетели на ура.) На покупку подбила невероятная мощь вышеупомянутого диалога.

Подчеркну, в этих ранних диалогах философии в том виде, в каком она меня интересовала, когда я пришёл к Платону, ещё почти нет. Я про онтологию. Из неё тут пока лишь осторожные касания идейного мира. Зато гносеология (логика в частности) — имеется. И в полный рост — аксиология. Вот этот аспект представлен настолько мощно, что хочется поговорить особо.

Те, кто читал мой лонгрид про образ Сократа в «Апологиях», наверное, помнят, как я выражал недоумение по поводу одного из аспектов защиты Сократа. Когда он говорит, что «растлевать» молодёжь может только дурак, а он, Сократ, не дурак, следовательно, невиновен. Вот этот момент к «Горгию» уже стал ясен.

Для Платона/Сократа закон человеческий, закон полиса (города) — это нечто высшее. По идее, закон — это нечто превыше даже богов. Общество, полис, закон — это ещё и абсолютное благо для каждого гражданина. И, соответственно, каждый, кто нарушает закон, просто технически не способен делать это осознанно. Он либо сумасшедший, либо просто чего-то не понял. В первом случае его надо лечить, во втором — учить.

Противоположная точка зрения у софистов. Кто такие софисты? Это инфоцыгане, понаехавшие в Афины (не только, но сейчас об Афинах) из всяких Мухосрансков. Обладая подвешенными языками, они окучивали молодёжь и за хорошую денежку учили некоей довольно абстрактной премудрости. И у этих кочующих туда-сюда ребят прав было с гулькин нос. Они не были гражданами (их звали метеками) и по закону могли примерно ничего. Ну, примерно как узорги в «Оружии скорби» какого-то Криптонова. К примеру, Аристотель позже даже не смог открыть свою школу, поскольку был понаехавшим. Школа была зарегана на одного из его учеников.

При таком раскладе понятно, отчего софисты в известный орган не ставили законы полисов и провозглашали примат закона природы. Поскольку они этому учили молодых, у них, видимо, была неиллюзорная надежда, что однажды те, войдя в силу, подогнут человеческие законы так, чтобы софистам стало хорошо.

Сложно однозначно принять чью-либо сторону. Понять можно и Сократа, и софистов. Но вот в «Горгии» мы видим следствие из такой позиции софистов: фактическое благословление убийства, подлости, предательства, лжи. Всё это они признают допустимым, при условии если в результате светит чисто материальная выгода.

И целой ораве этих софистов противостоит один маленький Сократ. Который спокойно и логически доказывает им, что — нет, ребята, это так не работает. И они, один за другим, замолкают, не в силах опровергнуть его доводов.

Хочется отдельно отметить возросшее литературное мастерство Платона. Если в «Апологии» мы видели откровенную игру в поддавки, то здесь Сократу противостоят всерьёз. Ему действительно нелегко даются победы. Впрочем, Сократ не ищет побед — он ищет истины. Платон не унижает своих идейных противников в угоду своему протагонисту. За счёт этого повышается и драматическая ценность текста.

Платон, безусловно, идеалист. И, каким бы ни было могучим его учение, в области аксиологии (и строящейся на её основе гносеологии) мне его принять тяжело. Нет этого ощущения себя, как части целого. Есть сугубо иное ощущение, которое и заставило меня в конечном итоге взяться за философию. Так что понять аксиологию Платона — да, могу, но в 2023-м году принять на 100% — уже вряд ли возможно хоть для кого-то. Что не мешает мне по достоинству ценить те сдвиги, которые Платон произвёл в общественном сознании.

Вот поэтому я и заказал собрание сочинений. Потому что даже не соглашаясь, я точно буду перечитывать эти диалоги не раз и не два. Хотя бы для того, чтобы нащупывать эту точку отсчёта, а потом сверять по ней реальность и другое. Ну и, в конце концов, это просто интересно. Человек, проникающий мыслью за границы обыденного житейского знания — это всегда интересно.

Продолжаю работать с Платоном. Подробности письмом.